| |
Испытание любовью
Истина
Реальность
Настоящая любовь
Рубеж
Человек дождя
Автор Шкудун Александр
– Неужели ты прыгнешь?
Голос заставил Антона вздрогнуть, ибо в этой комнате кроме него никого не должно
было быть. Дверь была заперта на массивный засов, который парень специально
приладил на днях, чтобы ему никто не помешал в нужный момент. Как же тогда
этот незнакомец здесь оказался? Стёкла чётко отражали мужскую фигуру, появившуюся
буквально из ниоткуда.
Антон обернулся. На его бледном беспокойном лице читалось крайнее изумление.
В двух шагах от него стоял невысокий юноша лет шестнадцати с удивительно голубыми
глазами и русыми коротко стрижеными волосами. Его плечи обтягивал мягкий белый
свитер, как нельзя лучше подходящий под голубые джинсы и обычные кроссовки.
Незнакомец обвёл взглядом небольшую комнатку с убогим гарнитуром коричневого
отталкивающего цвета, несколько секунд изучал висящую картину неизвестного
художника и зелёные обои в цветочек. Затем его внимание привлекло настежь распахнутое
окно, у которого, собственно, и стоял опешивший Антон.
– Прыгай, я подожду! – мягко сказал незнакомец.
– Кто ты? – казалось, к Антону только-только вернулся дар речи, но он не узнал
собственного голоса. Это был какой-то хриплый тенор.
Юноша иронично улыбнулся.
– Тот, кто пришёл наблюдать и, возможно, помочь.
– Я прыгну, и мне уже никто не поможет! – Антон истерически засмеялся и снова
повернулся лицом к открытому окну, глядя прямо перед собой в одну точку.
За окном шёл дождь, и капли монотонно ложились на мостовую, собираясь в небольшие
лужицы. Небо заволокло плотной пеленой, сотканной из нависающих туч, которые
обхватывали весь горизонт без надежды движения в какую-нибудь сторону.
Антон всё не решался. Если бы не этот странный тип, невесть как оказавшийся
у него в комнате, он бы давно уже лежал там внизу под прохладными струйками
дождя, собирая толпу зевак.
– Ну же, – юноша выжидающе посмотрел на фигуру человека, застывшую перед сложным
выбором - жить или умереть.
– Я должен! – губы Антона дрожали, а на лбу выступили капельки пота.
– Правда? – удивился пришедший. - Кто ты такой, чтобы решать?
– Иди к чёрту, – пролепетал Антон в ответ онемевшим языком и занёс ногу над
пустотой.
– Знаешь, мне всегда было интересно, что чувствуют люди, стоящие на рубеже
жизни и смерти…
– Это не передать словами, – тело ожидало команды мозга для последующего прыжка,
но её всё не было.
Незнакомец пожал плечами и опустился на деревянную табуретку, перед которой
на маленьком столике стояла шахматная доска – единственное, что украшало комнату.
Немного посидев без движений, он мягко произнёс:
– Ожидание чего-то всегда хуже действительности, не находишь? Я не знаю почему
ты решился на этот поступок, только он не оправдывает того. Совсем.
– Что ты понимаешь, – огрызнулся Антон.
– Кое-что понимаю, – иронично-изучающий взгляд из-под длинных ресниц убедил
в этом парня на все сто процентов. Таинственный гость и вправду знал, о чём
говорил. – Предлагаю партию в шахматы, - продолжил юноша с глазами цвета морской
волны спокойным голосом. Выигрываю я – ты остаёшься жить; если победа за тобой
– имеешь полное право совершить последний жизненный прыжок в неизвестность.
Он взял со столика две разные пешки. Перемешал их за спиной и протянул вперёд
руки, чтобы соперник мог выбрать.
– Я всегда играю чёрными, – хмуро отчеканил Антон и испугался сказанного. "Что
я делаю? Зачем мне эта безумная игра? Откуда он взялся, что замышляет? И, кто
он такой вообще, чёрт побери?"
– Увидим, какими тебе доведётся играть!
Антон отошёл от окна и занял табуретку напротив, указав на левую протянутую
руку. Ну что ж, хочешь поиграть? Будет тебе игра. Я сделаю тебя как мальчишку!
Он был уверен, что в руке окажется чёрная пешка. Всю жизнь оказывалась, с кем
бы он ни садился играть. Но на этот раз он ошибся. Там была белая.
Уже в тот миг Антона охватила неясная тревога. Непонятная дрожь пробежала по
телу.
– Твой ход! – промолвил юноша, окинув игровую доску, где друг перед другом
шеренгой вытянулась гвардия, ожидающая любого приказа и готовая умереть за
своего короля.
Антон облизал сухие губы и шагнул пешкой от ферзя на две клетки вперёд. Ни
разу ему не доводилось играть белыми, но он был уверен, что он выиграет. Должен
выиграть. Почти всегда выигрывал!
Шахматами его заинтересовал отец ещё в раннем детстве. Антону было всего шесть
лет, когда он принёс доску с вырезанными из дерева фигурками, усадил перед
собой озорного мальчугана и шаг за шагом вовлекал в удивительное сражение.
Мальчик довольно быстро освоил азы шахматной игры и уверенно продвигался вперёд,
делая всё большие успехи.
С тех пор минуло тринадцать лет. Антон из маленького зелёного юнца превратился
в статного, крепкого парня с волевым лицом и твёрдым пронзительным взглядом.
Он стал мастером по шахматам первой категории среди юниоров. Мало кому удавалось
его обыграть. Да и тем считанным единицам его чёрная свита не позволяла одержать
окончательную победу в ответном поединке.
Карие глаза под густыми бровями смотрели внимательно и настороженно. Каждый
ход мог стать роковым. Антон привычно оценивал свои шансы, просчитывая возможные
хода соперника, и не давал ни единой возможности застать себя врасплох.
Правда, в голову то и дело закрадывались подозрительные мысли. Как-то неправильно
шла игра. Всё вокруг было неправильным. Если выиграет он, что это даст? Право
на смерть?! От победы зависит его поражение. Да что же это такое?!..
И почему он не прыгнул сразу? Почему согласился на игру, в которой не может
быть победителя? Каждый всё равно что-то потеряет. Он – жизнь, а незнакомец…
Что-то загадочное и необъяснимое было в нём, а Антон терпеть не мог необъяснимости.
Внезапно Антон вскрикнул. Этот юноша только что провёл блестящую комбинацию,
сделав ему «вилку» на шахматной доске. Пока он обдумывал ответный ход, незнакомец
ему подмигнул:
– Поговорим теперь?
В голове царил сумбур. Сотни мыслей парили словно пушинки, вмиг превращаясь
в тяжеленный груз. Было невыносимо. Кровь пульсировала в жилах и набатом стучала
в висках. Антон не выдержал. Ему надо было перед кем-нибудь выговориться, сдвинуть
камень, осевший в душе. И он заговорил. Просто не в силах был держать в себе
столько боли и горя одновременно. Прошлое рвалось наружу перед будущим.
– Она… сказала, что выходит за другого. Мы… познакомились на дне рождения общего
знакомого… - Антон пытался держать себя в руках, но это было ему не под силу,
- понравились друг другу с первого взгляда. Затем пришла любовь… Но всё это
было слишком уж прекрасно, так не бывает. Я чувствовал, что что-то меняется,
но не понимал, что… Когда понял, было уже поздно…
Антон закрыл глаза, заново переживая те мгновения своей жизни. Тяжело и беспомощно
вздохнул. И продолжил…
Капли не спеша ползли по стеклу открытого окна. Дождь всё барабанил по карнизу,
и создавалось впечатление, что он отбивает чечётку. Комната дышала дивным ароматом
свежего морозного воздуха, что наполнял при вдохе лёгкие, оставляя секундное,
приятное головокружение.
Наташа была младше Антона на два года. Девушка из обеспеченной семьи, не знающая,
что такое бедность. Она всегда шикарно одевалась, следуя последней моде, носила
дорогие украшения и гордилась своим местом в жизни.
Оба родителя, юристы по образованию, сделали всё возможное, чтобы любимая дочка
ни в чём не нуждалась. Наташа блестяще училась на втором курсе престижного
юридического колледжа и планировала в скором времени уехать на дальнейшую учёбу
за границу. Многочисленные поклонники не давали ей прохода, и не удивительно:
девушка была красива и имела изящную грациозно-спортивную фигуру, благодаря
посещению фитнесс-клуба, директором которого был её отец. Она начала уставать
от ухажёров, готовых на всё, лишь бы произвести на неё внимание.
Встретив Наташу на дне рождении школьного друга, Антон впервые ощутил то незабываемое
чувство, что заставляет учащённо биться сердце и пеленой безумия перехватывать
дыхание. Переборов лёгкий шок от увиденной красоты и собственной неуверенности,
Антон нашёл в себе силы подойти на ватных ногах к незнакомке, окружённой фанатами
в особях мужского пола, и представиться осипшим от волнения голосом:
– Привет, я…Антон.
Происходящее было донельзя комичным, но, видимо, именно эти слова как-то подействовали
на девушку. Голубые глаза удивлённо распахнулись, а губы тронула лёгкая нежная
улыбка, при виде которой лицо парня непроизвольно залилось краской.
– Наташа… – произнесла девушка после неловкой заминки нетвёрдым голосом.
Сам не понимая, что творит, Антон наклонился вперёд и поцеловал её в щёку.
С того момента они стали неразлучны. Делились своими секретами, доверяли друг
другу больше всего на свете. Любовь стала домом для них. Крепостью, которая
устоит против любого стихийного бедствия, против любых попыток сломить крепчайшие
каменные стены их чувств. В одном только Антон никак не мог ей признаться –
что он беден.
Парень одалживал деньги у всех, начиная от родителей и заканчивая знакомым
продавцом небольшого магазинчика напротив дома, где он раньше подрабатывал.
Он дарил ей розы и подарки, водил в кино, рестораны и боялся выглядеть не таким,
каким он был на самом деле. Антон боялся, что если он признается в этом, то
потеряет её. Это лишь в фильмах девушке всё равно, из бедной или богатой семьи
её парень. В жизни всё по-другому. Хотя, казалось, если двое действительно
любят друг друга, то им должно быть всё равно. Ведь так? А вот ничего подобного.
И Антон убедился в этом очень скоро.
На восемнадцатилетие Наташи Антон готовил особенный подарок. Хотелось подарить
что-то неповторимое и вечное. Разрозненные суетливые мысли в конце концов сплелись
в одну. Нити реальностей остановились, сплетясь в некое подобие клубка. Неведомая
рука указала на один из миллиардов возможных путей. Это не было случайностью.
Обручальное кольцо.
Антон тщательно выбирал этот символ вечной любви. Деньги в тот миг его не волновали.
Парень уже был в долгах по уши, но делал всё, чтобы этот подарок стал незабываемым.
Подрабатывая сутками в кафе, Антон кое-как сводил концы с концами, но таки
собрал достаточно денег для приобретения красивого колечка.
Неописуемый восторг сиял на его лице, когда он подходил к дому любимой. Антон
чувствовал себя как никогда счастливым. Он шёл предлагать руку и сердце той
единственной и неповторимой, ради которой он готов был на всё. Тот вечер он
вряд ли когда-нибудь сможет забыть…
Кольцо не произвело должного впечатления. Наташа не улыбнулась, и вообще не
выглядела обрадованной. Опустив глаза, она заговорила, и то, что было сказано,
повергло Антона в какое-то странное полуобморочное состояние.
– Извини, Антош, я не могу его принять. Знаешь, я осознала, что мы не подходим
друг другу. Мы совсем разные люди. Ты мне дорог как друг, но не больше. Я не
люблю тебя той любовью… и поэтому дала согласие другому…
Антон бросил взгляд на безымянный палец Наташи, на котором красовалось восхитительное
обручальное кольцо, инкрустированное бриллиантами и отливающее дивным, чудесным
блеском.
Он был словно в кошмарном сне… Так не должно было случиться. Просто не могло
быть. Как это произошло? Почему?!
Антон стоял, не в силах пошевелиться. Обрывки мыслей кружили в голове, но не
давали додумать себя до конца.
Он ничего не сказал, лишь бессильно вздохнул. А на окрик Наташи: "Не уходи!" махнул
рукой и, словно в трансе, побрёл прочь.
Мир раскололся на осколки. Жизнь перестала для него существовать. Жить дальше
не имело смысла. Всё то, что было ясным солнышком в его серых буднях, – ушло.
Ушло без возврата. Поблекло. Стало исчезать, таять, подобно снегу на солнце.
На следующий день после бессонной ночи он решился. С утра пошёл дождь, который,
впрочем, не мешал осуществить задуманное.
Антон отправил письмо родителям, где подробно описал события минувших дней,
не упоминая, правда, о роковом решении.
Вернувшись в свою убогую однокомнатную квартирку, он запер дверь на засов,
открыл окно и встал на подоконник, смотря прямо перед собой на идущий ливень.
Страха не было. Даже какое-то лёгкое чувство свободы витало внутри. И в тот
момент, когда он уже был готов свести счёты со своей жизнью, появился незваный
гость…
– Мат через три хода, – объявил Антон и печально улыбнулся. Партия подходила
к концу. Жизнь, похоже, тоже. «Ожидание смерти хуже самой смерти» - вспомнилось
чьё-то изречение.
– Не всё так просто, как ты думаешь, – двусмысленно улыбнулся в ответ паренёк.
– Что ты имеешь в виду? – Антон «съел» ферзём офицера чёрной гвардии.
– Жизнь всё время учит нас чему-то. А как можно чему-то научиться, не натыкаясь
на подводные камни, из которых, кажется, нет выхода? Вот тут-то и ошибка. Выход
есть всегда! Если человек говорит тебе, что его нет, значит, он ничему не научился,
просто не захотел постигнуть грани этого мира. Оказался слабым, поддался круговороту
событий и пал, сломленный физической стороной бытия. Жизненной практикой.
Незнакомый паренёк сделал ход конём, поставив под угрозу ладью Антона.
– Мат всё равно на втором ходу, – ладья переместилась подальше от коня, напав
на незащищенную пешку. Ход противника был просчитан намного раньше.
– Жизнь – это та же шахматная игра, – продолжал парнишка. - Белое противостоит
чёрному. Два цвета. Два смертельных врага. Добро и Зло. Вот только на самой
доске не обычные деревянные фигурки, придуманные ещё в средневековой Индии,
а люди! И вот, когда ты просчитываешь хода наперёд - шанс на успех растёт.
Как всё легко получается, если соперник ходит так, как тебе хочется, ибо ты
учёл этот его поступок и рассчитал свою линию защиты на него. Совсем другое
дело, когда хода не ждёшь, и он оказывается роковым. Вот он неумолимо возникает
из ниоткуда, сбивая тебя с толку. Ты не успел придумать, как от него защититься,
и начинается внутренняя борьба. С самим собой. На рубеже жизни и смерти. Выйти
из этой борьбы дело невелико, а вот победить, переломив ход поединка в нужную
тебе сторону…
Незнакомец внезапно перенёс из дальнего угла второго офицера и поставил совсем
рядом с белым королём.
– Шах и мат на следующем ходу.
Антон замер, словно громом поражённый. Мат на следующем ходу?! Невозможно!
Он же контролировал игру! Он видел все возможные действия противника, просчитывая
игру на пять-шесть ходов вперёд. И вот… нате вам…
Он опасливо покосился на офицера – неприметную маленькую фигурку, которая прошла
всю его тщательно выстроенную защиту, как нож сквозь масло. Невероятно! Этим
одним ходом разрушили практически всю его игру. Господи, он проигрывал!
Антона охватила паника. По спине пополз неприятный холодок. Впервые он ощутил
в себе неуверенность, боязнь проиграть в этом поединке. Такого с ним ещё никогда
не было.
Голубые глаза собеседника иронически изучали его лицо. Могло показаться, что
они холодны как лёд, и в то же время обжигают, словно раскалённая лава в вулкане.
– Антон, но этот ход, этот шанс, о котором я тебе говорил, есть всегда! Один
единственный! Весь фокус в том, чтобы его отыскать.
Антон сидел, обхватив голову руками, обдумывая создавшуюся смертельно опасную
ситуацию на доске. Он проиграл! О каком ходе идёт речь?
Он проиграл!
– Многие пытаются в этой жизни всё усложнить, когда ответ спокойно себе лежит
на самой поверхности у них на виду. Так близко, но они не видят ничего, кроме
своего поражения. Человек движется по жизни, словно слепой: он ощупывает своей
палкой плиты тротуара, фонари, стены домов и верит в реальное существование
только того, до чего сейчас дотрагивается, что сейчас ощупывает. Нужно чувствовать,
прежде всего, понимать. Не доверять глазам, и как знать, может, тогда прозреешь?
Внезапно что-то передвинулось в сознании Антона. Он осознал своё положение,
увидел вещи такими, какими они являлись. Внутренним зрением.
Этот ход – очередная преграда, которую не обязательно убирать, но которую нужно
принять, свыкнуться с ней, какой бы плохой и невыносимой она не являлась…
Не обращая внимание на офицера, Антон передвинул свою ладью к ферзю.
– Шах и мат!
Незнакомец одобрительно кивнул головой.
– Вот так и в жизни, – сказал он после паузы. – Выход есть всегда. Теперь ты
волен поступать, как заблагорассудиться, а мне пора. Дождь уже почти закончился.
– Погоди… - Антон неловко поднялся с табуретки. – Спасибо… – произнёс он негромко
и протянул гостю руку. – Это была прекрасная партия!
Русоволосый паренёк с удовольствием пожал руку сопернику.
– Позволь спросить, кто ты? Как ты здесь оказался? – голос Антона слегка дрожал.
– А что было бы, если бы я проиграл?
– Ты бы прыгнул, – улыбнулся незнакомец. – Шахматы спасли тебя!
И снова фраза прозвучала двусмысленно.
– А что касается меня, – паренёк стал медленно, неохотно растворяться в воздухе,
– я прихожу только тогда, когда есть шанс…
– Так ведь ты сам говорил, что шанс есть всегда, – напомнил Антон.
– Да, но люди иногда забывают об этом, – эти слова были последними. Силуэт,
словно призрак, бесследно растворился в воздухе, оставив после себя лишь удивительную
прохладу.
Антон неуверенно подошёл к окну, за которым уже не было дождя и сквозь тучи
пробивалось солнце. Закрыл ставни. Стёкла ещё хранили прикосновения небесной
влаги, а капельки воды напоминали о случившемся.
«Кто это был?» – встрепенулся внутренний голос. Антон перевёл взгляд на шахматную
доску, на которой, в окружении своих защитников, достойно пал их властелин.
«Шахматы спасли тебя!»
«Кто же это был?» – продолжал надрываться голос внутри.
– Человек дождя! – улыбнулся Антон и опрокинул на бок чёрного короля.
Крым
14.07.03
^*^
Испытание любовью
Автор Шкудун Александр
Одно мгновение, и я понял, что всё пошло наперекосяк.
Уже по тому, как она на меня смотрела, можно было смело ставить крест на наших
дальнейших отношениях. Как бы мне ни было горько и больно, но это происходило.
Здесь и сейчас. Я знал, что она сейчас мне скажет, неловко кусая при этом слегка
пышноватой формы губы, накрашенные нежным розовым цветом помады. Знал, ибо
в один момент почувствовал её настроение, прочитал её мысли, словно из книги,
но ещё не желал соглашаться с ними. Я смотрел в её неземной красоты голубые
глаза и читал там своё неутешное будущее, читал потерю любимого человека, понимая,
что я бессилен что-либо предпринять. Даша отвела взгляд и стала изучать коврик,
на котором стояла. Печальное выражение её лица свидетельствовало о том, что
ей нелегко будет всё мне объяснить. Нелегко сказать, что между нами уже ничего
нет. Что всё кончено и возврата назад, увы, не будет. Скала дала трещину, и
мелкие камешки один за другим неудержимо рвутся вниз, в пропасть. За ними летят
камни побольше, и так без конца, пока она вся не обрушится своей огромной мощью
в неизвестность. Чем яснее я это осознавал, тем больнее мне становилось, а
Даша… по-прежнему молчала.
Я не знал, что можно сказать в такой ситуации. Никогда, ни одну девушку я не
понимал, и не любил так, как её. Я всегда чувствовал её настроение, знал, когда
ей плохо, а когда хорошо. Дашкин внутренний мир был понятен мне с момента нашей
первой встречи в университете. Словно прочный мостик протянулся между нами,
между нашими душами, соединяя их в ярком сиянии, сплетая в клубок разноцветные
нити наших сознаний. А вот теперь этого всего нет. Да, я чувствую её, вижу
её состояние как раньше, только кроме этого я замечаю ещё кое-что, что пугает
меня больше всего. Холодность её отношений ко мне. Я люблю её, но вот любит
ли она меня остаётся вопросом. Оставалось…
Даша всё не решалась начать разговор и старалась избегать моего взгляда. Что
ж, её можно понять, но сделать это очень сложно. Я не знал, что между нами
произошло. Что я натворил такого? Чем её обидел? Даже предположить не мог.
Никаких идей. Хотя ведь для этого и идеи не нужны. Всё от человека зависит.
От желания. Такова жизнь и мы не в силах иногда понять некоторые вещи, которые
другим кажутся вполне очевидными и не требуют объяснений. Было обидно, что
всё заканчивается именно так.
- Мне уже пора!
Даша удивлённо посмотрела на меня, но ничего не сказала. Лишь через несколько
секунд кивнула головой. От меня не укрылся вздох облегчения девушки после моих
слов, что ещё больше убедило меня в том, что я прав. Но легче не стало. Ещё
больше разыгралось воображение, заставившее тоску громко заскулить в глубине
души. Избавив её от надобности что-то мне объяснять, я впервые пожалел об этом
спустя несколько секунд. Ведь больше не будет свиданий – у неё случайно будут
оказываться какие-то неотложные дела, которые необходимо решить во что бы то
ни стало, не будет долгих разговоров по телефону – а зачем, собственно? «Увидимся
в университете – всё там и скажешь, что хотел». Я бы многое сейчас отдал, чтобы
снова услышать её голос. ТОТ голос, к которому я привык, встречаясь с ней.
Хотел бы снова прикоснуться к ней, обнять. Но ведь этому уже не бывать…
Щёлкнули замки закрываемой двери. В тишине они прозвучали, словно гром среди
ясного неба. Ни слова на прощание – ничего. Только кивок головы в ответ на
мои слова. Просто замечательно. Голова отказывалась соображать. Ноги налились
свинцом. Перед глазами кадр за кадром сменялись эпизоды наших встреч. Словно
робот, спустился я с третьего этажа и доплёлся до входной двери, едва не упав
при этом. Как-то вылетело из головы, что перед самой дверью есть ещё одна ступенька.
Отошёл на пять метров. Обернулся. Мог бы и не стараться. Никто уже не машет
тебе на прощанье из окна рукой. Никто не улыбается тебе ослепительной улыбкой
на пожелание спокойной ночи. И тем более – не ждёт трепетно и страстно новых
встреч. Грустно покидать знакомый дворик, шествовать по аккуратной тихой улочке
по направлению к остановке маршрутного такси, чтобы с поражением поехать домой.
Я не помнил, как оказался дома, не помнил пассажиров, с которыми ехал в микроавтобусе
– всё это мельком промелькнуло в сознании и погасло. По дороге домой я много
о чём думал, ко многим выводам пришёл, но всё же самого важного так понять
и не смог. Главный вопрос издевательски витал в голове, и я ничего не в силах
был с ним поделать. Каждый раз, анализируя происходящее, я постоянно натыкался
на него – «Почему?»
Сказать по правде, больше всего я не любил неопределённости, и Даша это прекрасно
знала. Могла бы и объяснить, в конце концов, что произошло. А так приходилось
строить всякие догадки, вернее их строило моё воображение, сам мозг «выкидывал»
предположения одно убийственней другого. Было тяжело. Непривычно. Грустно.
Лишь огромная сила воли и самоконтроль не позволяли биться головой об стенку.
Паника пришла позже.
Захотелось тут же ей позвонить. Рука уже набирала привычный телефонный номер,
когда я опомнился. Большого труда стоило положить трубку на место и, обхватив
голову руками, продолжать терзать себя. Не передать словами, что я испытывал.
Дважды я хватался за трубку снова, но не набирал номера до конца. Что-то мешало.
Запрещало делать необдуманные поступки. Но думать нормально я тоже не мог.
Единственная умная мысль, что пробилась в моё сознание сквозь завесу мыслей
о Даше, была мысль о сне. И я последовал ей, решив, что хоть это поможет мне
немного отвлечься от того кошмара, что на меня навалился. Двухчасовой сон принёс
немного облегчения, убив время и дав отдохнуть разуму. На душе всё равно скребли
кошки, а понимание того, что я потерял Дашу, резкой болью отзывалось в сердце.
Но, как я убедился позднее, это были ещё цветочки…
Следующий день встретил меня мелким проливным дождём. Как раз под моё настроение.
Лучше погоды не придумать.
По дороге в университет мысли о Даше всё ещё мешали сконцентрироваться и насладиться
поездкой перед первым семинаром. Честно говоря, я думал, что сегодня моё состояние
будет получше вчерашнего. Ошибся. Людям свойственно ошибаться. Такова их сущность…
С Дашкой я познакомился ещё на первом курсе. Чисто случайно мы с ней оказались
в одной группе. Хотя позже я убеждал себя, что судьба всё равно имеет к нам
непосредственное отношение. Именно она позволила нам познакомиться, встречаться
и, наконец, похоже, расстаться. Судьба оказалась намного хитрее и непредсказуемей,
чем я предполагал. Но главное – я не заметил, или просто не обратил на это
внимания, когда именно всё пошло не так. Ведь до вчерашнего дня у нас было
всё просто прекрасно. В её глазах я читал радость и страсть, её губы шептали
мне на ухо нежные слова, а руки обвивали шею. И тут - бац, что-то изменилось.
Всего этого уже нет и, наверно, никогда уже не будет…
На входе пришлось предъявить студенческий билет – без него меня пускать наотрез
отказывались. Ради бога. Блеснув красной корочкой перед носом охранника, и
сказав тому привычное «доброе утро», я гордо прошествовал внутрь. Меня догнала
реплика молодого охранника – «Если бы оно было доброе, я бы здесь не стоял».
Улыбнувшись на это, я продолжил свой путь. Чистота и великолепие – вот, что
открывается перед твоим взором, когда заходишь в университет. Мрамор светится
блеском и отливает красноватым оттенком. Так и должно быть. Красивая окантовка
потолков и колонн, картина Тараса Шевченко, запечатлевшая его возле главного
входа университета, - всё это привлекало внимание, да и не могло не привлекать.
Универ отремонтировали на славу. Евроремонт пришёлся впору, ну а как же без
этого? Национальная гордость ведь…
Конечно же, в аудитории ещё никого не было. Я всегда прихожу рано - по меркам
одногрупников и однокурсников. Хотя для меня такое «рано» - самое что ни есть
обычное. Первая пара начинается в 8:00, а я прихожу где-то в половине восьмого
– вполне нормально. Конечно, не один я такой умный. Есть ещё несколько человек,
которые приходят в то же время, что и я. Разве 20 лишних минут, что ты проведёшь
дома, что-то изменят? Наоборот, они принесут лишь хлопоты. Сдвинется весь график
твоего маршрута к универу. В таком случае автобус, что уходит в 7:05, ты застать
никак не сможешь. И кто знает, что будет потом, и когда подойдёт следующий?
Но, по большому счёту, всё зависит от привычки. Если привык ездить на первом
автобусе, то зачем ехать на втором? Логика запутанная, но более-менее понятная.
Ведь правда?
Народ стал собираться к 7:50 – тоже вполне обычное явление. У них другой распорядок
дня. Другие привычки. Правда, друзья пришли раньше. До пары ещё можно было
побеседовать о прошедших днях, насладиться смешными моментами этой непредсказуемой
жизни, или просто поговорить о том - о сём…
Но сегодня настроения с кем-нибудь общаться не было. Совсем. Пустота зияла
внутри меня. Пугающая, безграничная. А затем в аудиторию вошла ОНА.
Даша воистину могла гордиться своей фигурой. Когда она шла по улице, не было
никого, кто бы не провожал её взглядом, жадно выхватывая каждый её жест, каждый
шаг, ловя каждое её движение. Даже те парни, что были в компании своих спутниц,
не в силах были ничего с собой поделать – останавливались с милыми идиотскими
улыбками на лицах, чтобы только посмотреть на неё. Девушке же было абсолютно
всё равно: смотрят, и пусть себе смотрят. Кроме красоты и изысканности природа
наделила Дашу проницательным умом, непоколебимой уверенностью в себе и изумительно
мягким характером. По моему описанию можно подумать, что она идеал. Но это
не так. Никто не идеален. В таких случаях просто не надо зацикливаться на недостатках
человека. Нужно находить в плохом хорошее, нужно верить в него и тогда - как
знать - может, он и приблизится к тому образу, что носит название идеал. Твой
идеал. Ведь у каждого человека свой идеал, особенный, который ни в коем случае
не повторяется.
Одного взгляда на Дашу было достаточно, чтобы понять, как мне её не хватает!
Уже не хватает. Я даже боялся предположить, что будет дальше. Девушка, как
ни в чём не бывало, поздоровалась со всеми, и даже со мной. Показалось, как
будто и не было вчерашнего вечера – опущенных грустных глаз, недомолвок – ничего.
Как будто это всё мне приснилось. Как бы я хотел, чтобы это было действительно
так…
Первую пару я не сводит с неё глаз – просто был не в силах пересилить себя
и не смотреть. Шелковистые русые волосы, изумляющие, словно оазис в пустыне,
правильных черт милое личико, невероятной красоты голубые глаза, слегка пышноватые
губы, прелестные нежные руки (могло показаться, что девушка лет 20 играет на
пианино), изысканная манера посадки – всё это было таким знакомым, таким близким,
но в то же время таким недосягаемым. Что я могу сказать? Я безумно любил эту
девушку!
Вторая пара пролетела словно стрела, выпущенная из длинного соснового лука.
Возможно, потому, что нам читали новую дисциплину. А новые дисциплины всегда
захватывают, околдовывают твоё внимание и проходят очень быстро. В перерывах
я даже не делал попыток заговорить с Дашей. Не хотелось занимать её своей болтовнёй
и отнимать драгоценное время. Видимо, такое отношение её вполне устраивало,
ибо она сама ни разу не посмотрела в мою сторону. А как я этого ждал! Я всё
ещё никак не хотел верить, что это конец. Просто в голове не укладывалось,
как можно вот так почти полгода встречаться, а в один прекрасный день даже
не смотреть друг на друга. Ужасно захотелось с ней поговорить, услышать хоть
какие-то объяснения произошедшему. Но от самого хотенья толку было мало, и
я решил придти к ней вечером домой и во всём разобраться. А пока оставалось
одно – зашвырнуть печальные мысли и плохое настроение подальше, и ждать…
Вечер наступил совсем уж неожиданно. Казалось, только-только день начал набирать
ход, когда неизвестно откуда взявшиеся сумерки окутали город своей величностью
и великолепием. Темнело постепенно. С каждой минутой всё больше погружая город
в ночь.
По дороге я репетировал начало предстоящего разговора. Нужно было придумать
причину, по которой я совершенно случайно оказался у неё дома. Но выходило
что-то не очень. Фраза – «Привет, Даш, как дела?» - не вязалась с последними
событиями наших отношений. «Я тут случайно проходил мимо» – убивала наивностью,
но в то же время подразумевала, что у нас всё только начинается, а это уже
в свою очередь было наглой ложью. Прямо попросить объясниться? Я так не мог.
Это называлось бы лицемерием и откровенной наглостью. Господи, но ведь как-то
же нужно начать разговор!
Ничего достойного так и не придумав, я оставил эту затею, решив, что на месте
нужные слова сами собой придут на ум. Пусть всё зависит от случая!
Шагая по направлению к её дому, я успел многое передумать. Возможно, в чём-то
я ошибся. Наверняка, я несознательно обидел её чем-то, какой-то совершенно
безобидной фразой. Или, может быть, сделал что-то не так, как было нужно. Девушки
очень ранимы, у них другое мышление. Они очень многое воспринимают по-своему,
и могут обидеться на совсем уж нелепые, с точки зрения парня, вещи. Это может
быть какая-нибудь мелочь, вроде не сказанного «спокойной ночи». А я тут накручиваю
себя всякими домыслами. Словно по заказу, в голове возникла фраза, с которой
следует начать разговор. Всё оказалось совсем просто – и как я раньше не додумался?
Вот, что следовало сказать: «Даш, мне просто очень захотелось увидеть тебя
сегодня ещё раз, и я…», а вот дальше я додумать предложение не успел. В тот
же миг время для меня остановилось, сердце дало сбой. На голову как будто обрушили
тяжёлую каменную глыбу, и стало тяжело дышать. Я отказывался верить своим глазам,
отказывался понимать происходящее. Возле парадного входа стояла пара. Но не
это меня волновало, а то, что в девушке я с горечью узнал свою любимую, любимую,
которая в данный момент целовалась с другим.
Даша на миг отстранилась, чтобы подарить кавалеру свою милую улыбку, и снова,
закрывая глаза, унеслась в мир чудесного поцелуя. Минуты через три всё закончилось.
Девушка что-то сказала юноше, и, получив в ответ улыбку, лёгкой походкой вошла
в парадное. Парень снова улыбнулся, видимо заново переживая момент поцелуя,
и неторопливо двинулся в мою сторону – к выходу со двора. Красивый, высокий
и гордый, он приближался всё ближе. Зеленоватые глаза лукаво блестели, приятно
сочетаясь с тёмным цветом волос, тонкие губы поджаты, подбородок с небольшой
ямочкой по центру слегка приподнят. Вроде ничего особенного. Парень как парень.
Шаг за шагом расстояние между нами сокращалось. Было тяжело себя пересилить,
чтобы не врезать ему как следует. Когда я уже хотел подойти и по-мужски с ним
потолковать, словно яркая вспышка пришла неожиданная мысль, мысль, которая
разом охладила мой пыл и забрала всю желчь и ненависть, осевшие в душе в тот
миг. Я чётко осознал одну вещь. Даже не одну, а несколько.
С чего я взял, что Даша со мной была счастлива, что ей было хорошо со мной?
Может, она обманывала себя, встречаясь со мной? Может, она вовсе не любила?
Эти мысли опустили меня на лавочку, ибо стоя я нормально соображать был не
в силах. Лавочка дала мне опору, которая в тот момент была так необходима.
Может быть, она встретила, наконец, парня, который на самом деле ей подошёл
во всех отношениях? Ах, сколько этих «может быть, может быть».
Я не стал выбрасывать алую розу, что принёс для неё. Просто положил недалеко
от себя. Не знаю, сколько времени прошло до того момента, когда я ясно ощутил,
что рядом кто-то есть. Я оторвал руки от лица, гадая – кому же так поздно ещё
не спится? Уж не знаю, постаралась ли матушка Случайность или же здесь были
замешаны силы помощнее, но на меня своими нежными васильковыми глазами смотрела
Даша. На ней были тёмные джинсы и такого же цвета курточка, ещё более подчёркивающая
красивую фигуру.
Я в недоумении вскинул вверх брови. Девушка казалась абсолютно спокойной и
совсем не удивлённой.
- Привет, - это первое, что пришло мне на ум.
- Здравствуй, Саша, какими судьбами ты тут оказался? – от этого почти официального
тона у меня по спине побежали мурашки. Защемило сердце, бросило в холод и осталось
ощущение обиды и грусти.
- Стреляли, - я попытался улыбнуться. Лучше бы и не пытался. Моей шутки не оценили.
- Ты здесь так поздно, к чему бы это? – глаза блеснули неожиданной холодностью,
и мне показалось, будто я оказался под струями водопада.
Я ничего не ответил. Да и что я мог сказать? Что шёл к ней, что видел, как она…Нет!
Лучше уж промолчать.
Тем временем девушка присела рядом со мной и заметила розу, лежащую там, где
я её оставил. Случайному человеку могло показаться, что эту розу принёс кто-то
другой. Она оказалась на довольно приличном расстоянии от меня. Впрочем, я так
и не понял отчего. Возможно, я её слегка отодвинул, и не заметил этого.
- Ой, смотри, роза! - голос Даши потеплел, когда она взяла дивное творение природы
в руки. – Как она здесь оказалась? – господи, она даже и предположить не могла,
что это я её принёс. Я сделал удивлённое лицо и пожал плечами. Говорить, что
это роза была для нее, смысла не было. Это ничего не меняло.
- Наверное, кто-то забыл, - солгал я через несколько секунд после затянувшегося
молчания.
- Как же такую красавицу можно забыть? – удивлению Даши не было предела. Она
провела нежными алыми лепестками по своёй щеке и вдохнула аромат цветка. – Господи,
да она же ещё совсем свежая!
Я хмыкнул. Ну, ещё бы…
- А ты как здесь оказалась? – надо было хоть как-то разрядить обстановку.
- Я здесь живу, забыл? – губы девушки тронула лёгкая улыбка, почти такая же,
как когда-то.
- Ах, вот оно в чём дело, я-то думаю! - на сей раз она рассмеялась, и мне немного
полегчало на душе. По крайней мере, мы всё ещё разговариваем.
- Я вообще-то вышла проветриться, подышать свежим ночным воздухом, понимаешь?
- Вполне. Я, можно сказать, делаю то же самое.
- Но ты не возле своего дома, - добавила Даша.
После этого мы долго молчали. Никто не торопился заводить разговор на какую-нибудь
тему. А мне так хотелось с ней поговорить! Но я не решался. Глупый потому что.
Минута за минутой бежало время. Текло быстро, словно бурлящий поток воды. Она
теребила в руках розу, я же изучал взглядом детскую площадку, расположившуюся
как раз напротив нашей лавочки. В глубине души я молился, чтобы она сказала что-то,
ну хоть какую-нибудь фразу относительно нас.
Ничего. Слышно лишь, как сверчки перешёптываются в ночи.
- Послушай, Даш, когда между нами всё начало рушиться? Когда выпал первый кирпичик,
связывающий наши отношения? Почему?! Я не понимаю. Я сделал что-то не так, обидел
тебя чем-то? – не выдержал я. Я первый начал этот разговор, зная, чем он может
закончиться, но повернуть назад события уже не мог.
Глаза девушки стали печальными, лицо вмиг посерьёзнело.
- Саш, не думаю, что сейчас стоит об этом говорить, - от тона, каким это было
сказано, хотелось выть на луну.
- А когда, Даша? Не сейчас, не потом. Я не люблю неопределённости, ты же знаешь.
Если ты меня не любишь, разлюбила - так и скажи! Но я тебя прошу, не надо этих
недомолвок. Как бы это ни было больно, но скажи мне всё как есть, пожалуйста!
- А что, собственно, говорить? Хочешь знать, люблю ли я тебя? Так знай – НЕТ.
Не люблю. Я пыталась тебя полюбить, честно, но не смогла. Ничего не получилось.
А с ним я чувствую себя по-настоящему счастливой…
Печальные нотки в её голосе подействовали на меня, словно снег в летнее время.
С ним…
Чёрт возьми! С ним!
- Ты теперь доволен? А? Доволен? – я уже не слушал. Единственное, чего я хотел
в этот миг – испариться, растаять бесследно в воздухе, улететь, всё равно куда,
лишь бы подальше от этого разговора. От себя самого.
- Он не такой как ты, он тот, кого я ждала, рисовала всё время в своём воображении.
Понимаешь, нельзя испытывать одинаковых чувств к двум парням. Чувства всегда
отличны. Ты мне просто нравился. Сначала я думала, что люблю тебя, но встретив
ЕГО я поняла, как ошибалась.
Я поднялся со скамейки и пошёл прочь. Даша ещё что-то говорила мне вслед, но
я не обернулся. Этих слов было достаточно. «Я пыталась тебя полюбить» - звучит
просто нелепо и страшно. Ну вот – услышал то, чего хотел… Можно себя с этим поздравить.
Просто отлично. Молодец…
Дома я сразу завалился спать. Сил не было заниматься чем-то другим. Последней
мыслью перед тем, как сон закружил меня в своих объятиях, была:
«Как бы там ни было, но я по-прежнему люблю её. Даже ещё больше, если такое возможно.
Люблю до безумия!».
Следующий день оказался таким, когда совсем не хочется что-либо делать, куда-то
идти или с кем-нибудь общаться. Но всё же в университет пойти было нужно. Ибо
это непосредственная обязанность каждого студента. Дело даже не в принципиальности
– быть на всех лекциях и семинарах. Дело в другом. В желании учиться, в элементарном
уважении к преподавателям, которые отдают свою душу ради того, чтобы балбесы,
сидящие на их занятиях, со временем превратились в умных и образованных людей,
за которыми и будет будущее нашей страны.
От вопросов друзей – «Саша, что ты такой грустный сегодня?» - я попросту отмахивался
и заверял, что всё в полном порядке. Верили мне или нет – волновало меня в этот
момент меньше всего. Я не знал, что буду делать дальше, как буду без неё. Разум
советовал смириться и порадоваться за Дашу (наконец-то она нашла того человека,
кто ей по-настоящему дорог, кого она действительно любит), а сердце твердило
одно – бороться. До самого конца. До последнего финального аккорда в драматической
пьесе наших отношений. Но снова ему вторил разум – «Ну и что с этого? Этим ничего
не добиться. Можно лишь сделать Даше больно, окончательно ей надоесть, в конце
концов». А этого я не хотел.
На этот раз девушка со мной даже не поздоровалась, начисто проигнорировав мой
взгляд. Словно я был каким-то гарнитуром или шкафом, дополняющим многочисленные
парты в аудитории. Что ж, в этом была моя вина. Не нужно было вчера начинать
откровенный разговор. Поэтому я даже не особо удивился такому варианту «привета».
Конечно, было обидно до слёз, что очень важная вещь между нами – общение – утеряна.
Дашиного кавалера звали Андреем. Об этом я узнал совсем случайно одним пасмурным
днём после пар, когда он встретил её возле университета с огромный букетом алых
роз. Андрей умел производить впечатление на девушек. Даша радостно улыбнулась,
и её слова – «Андрюша, огромное тебе спасибо» - прояснили мне его имя. После
этих слов они были заняты, и на некоторое время утратили способность мыслить
и трезво воспринимать окружающий мир. Я же поскорее убрался оттуда. Сказать,
что мне было неприятно, неловко и больно – значит промолчать.
«И что она в нём нашла?» – спрашивал меня внутренний голос, и сам же через несколько
секунд давал ответ – «Того, что не нашла в тебе». Трудно было с ним не согласиться.
«Может, внешность не та?» - снова задавал он очередной глупый вопрос. Я пожимал
плечами – может и не та. «Ты что? Как это не та?» - протестовала моя сущность
– «Ты посмотри на себя в зеркало, чучело ты гороховое – прямо с обложки модного
журнала!». Я с улыбкой подходил к зеркалу, вспоминая чью-то фразу – «Я смотрю
в зеркало и вижу прекрасную картину», и убеждался, что во мне нет ничего примечательного.
Обычный с виду парень восемнадцати лет, среднего роста с карими глазами и тёмно-русыми
волосами. Таких миллионы – только выйди на улицу и осмотрись. Я никогда не комплексовал
по поводу своей внешности. А, собственно, зачем? Девушки не найду без смазливого
личика и красивых глаз? ЧУШЬ. Если есть девушки, которые любят козлов, то найдутся
и такие, которые полюбят и баранов. Я конечно не баран, но упрямец хороший.
Не знаю, как там у них развивались отношения, но Даша вся светилась от счастья.
Я такой её ещё ни разу не видел, даже когда сам с ней встречался. Видно чего-то
во мне и вправду не хватало. У неё всегда было весёлое настроение и взгляд человека,
который разгадал, по крайней мере, тайну ушедшей под воду Атлантиды. Мне приятно
было видеть её такой, просто смотреть на неё, не взирая на то, что в душе всё
бушевало.
«Отлично выглядишь», - обращались все к Даше, а та в свою очередь расплывалась
в шикарной, присущей только ей одной улыбке, со словами: - «Спасибо, я знаю»…
Время летело, плыло, скакало, словно безумное. Не успели оглянуться, как подошла
пора зимней сессии. Город преобразился изобилием белых тонов, утопая в них, словно
в величественном одеянии. Конечно, зимы уже не те, что были раньше. Куда-то подевались
большие сугробы пушистого, мягкого, искрящегося снега. Крепкий морозец уступил
место простой холодной температуре воздуха. С каждым годом зимы становятся всё
теплее, и даже закрадывается мысль, что через десяток лет снега вообще не будет.
Сессия. Этот период учёбы - мой самый любимый. Появляется разнообразие в серых
буднях семинаров и лекций. Ощущается чувство радости. Ведь теперь у тебя есть
шанс продемонстрировать свои знания, показать, как ты усвоил теоретические и
практические аспекты тех предметов, что читались преподавателями на протяжении
полугода. Оценка за экзамен зависит только от тебя самого, от твоих знаний. В
сессии ничего страшного нет, и никогда не будет, наоборот, это самая весёлая
пора студенческой жизни.
Вот уже три месяца, три дня, семь часов и сорок семь минут встречалась Даша с
Андреем. Постепенно моя боль значительно поутихла. Недаром ведь все говорили,
что время – лучший доктор. Быть может не совсем лучший, но всё-таки… Девушка
по-прежнему не обращала на меня внимания, холодно здороваясь и избегая при любом
удобном случае. Я опустил руки, ну а что ещё оставалось делать? Просто принял
правила её игры – смирился. Это был лучший вариант из всех возможных. Поверьте.
Но всё-таки один казус таки произошёл.
Не помню как, но в один прекрасный день получилось, что мы с Дашей в одно время
шли в университет, что бывало крайне редко, ибо она приходила почти всегда за
пять минут до начала пары. Лишь через несколько мгновений я понял, из-за чего
она пришла так рано. У входа маячил Андрей, на этот раз принесший букетик ромашек.
Не знаю отчего, но Даше внезапно взбрело в голову познакомить меня со своим парнем.
Может, это произошло лишь потому, что ей хотелось продемонстрировать мне наглядно
– мол, я с ним, и твои надежды, какие бы они ни были – напрасны. А может, Даша
просто решила поиздеваться.
- Андрюш, это Саша – мой одногрупник. (Браво, нечего сказать!) Саша, - кивок
в мою сторону, - это Андрей – мой парень. Мы пожали друг другу руки.
- Очень приятно познакомиться – голос Андрея звучал вполне миролюбиво – это могло
означать, что о нас он ничего не знает. Ну и хорошо.
- Погоди, а я тебя помню! - утверждение заставило меня замереть на месте. А ведь
только-только хотел мирно удалиться! Где там…
Даша удивлённо окинула меня своим взглядом, не понимая как такое возможно, я
же решил выкручиваться до конца.
- Вряд ли, мы не встречались раньше – голос совсем не дрожал, но внутри меня
клокотала дрожь.
- Нет же, я видел тебя где-то, точно видел, - не отступал парень. Затем он повернулся
к Даше:
- Точно! Это было возле твоего дома, после нашего первого свидания! Помнишь?
Ты ещё мне сказала, что любишь розы…
Я сделал вид, что рассматриваю студентов, входящих в университет. Даша на миг
растерялась, опустила взгляд, а потом перевела взгляд на меня. Стало не по себе.
Как будто тебя осматривает психиатр с умным видом и со словами: «Да-да, конечно,
вы – Наполеон, никто в этом не сомневается…»
Вот сейчас самое время было провалиться сквозь землю.
- Интересно, и что же молодой человек делал тогда у моего дома? – девушка взяла
себя в руки и попробовала перевести всё в шутку.
Я собирался было ответить в той же манере, но вмешался Андрей и, замечу, не лучшим
образом:
- Наверное, шёл к своей девушке, чтобы подарить ей алую розу! Честно говоря,
я таких раньше не видел... – выдал он.
- Алую розу? – Даша снова посмотрела на меня. А я смотрел на неё, и мне нечего
было сказать. Безумно глупое положение должен признаться.
- Э-э… уже почти без десяти восемь, мне пора, извините, - ничего лучшего не придумав,
я их покинул, не замечая долгий, задумчивый и какой-то особенный взгляд Даши.
В тот же вечер она назначила мне свидание. Сама. Её телефонный звонок несколько
озадачил. Обычно я ей звонил, выслушивал, что у неё нет времени на встречу со
мной, что она занята, и на этом всё заканчивалось. А тут, аж не верилось…
Приведение себя в порядок заняло совсем немного времени. Нам, парням, даётся
это дело проще всего. Просто не нужно часами вертеться у зеркала и думать, какую
одежду надеть, и в какой рубашке твой скромный вид обретёт большую шикарность.
Нам это всё незачем. Мы не можем понять, для чего это нужно. У нас другое мышление,
другая психика. Джинсы, рубашка, куртка, сапоги – вот, пожалуй, и всё, что понадобится
сегодня. А зеркало пригодится лишь для того, чтобы подмигнуть ему перед уходом.
Наше свидание (если его можно так назвать) удалось по всем параметрам. Правда,
сначала мы почти всё время молчали. Каждый чувствовал какое-то напряжение, какую-то
скованность. Я же молчал потому, что не хотел надоедать Даше. Девушка над чем-то
думала, кусала губы и поглядывала на меня. А я просто не знал, как начать разговор,
и исходил из того, что именно она должна заговорить со мной первой. Инициатива
была на её стороне. И она заговорила. Даже я бы не придумал лучшего способа это
сделать.
- How are you? – спросила она, и с этими словами лавина скованности и напряжённости,
что была между нами, рухнула в пропасть, бесследно испаряясь, тая в пришедшем
хорошем настроении.
- After your words, I feel better, - ответил с улыбкой я, и Даша улыбнулась в
ответ. Так мы шли и разговаривали на английском, пока наше внимание не привлёк
один мужчина, который очень внимательно вслушивался в нашу речь. Через мгновение
он извинился и на ломанном русском попросил показать ему дорогу к центральной
улице города. Мы, удивлённо переглянувшись, объяснили ему, как туда попасть,
а потом, когда он отошёл на безопасное расстояние, дружно залились смехом.
- Сашка, он что, принял нас за иностранцев? - еле сдерживая смех, улыбнулась
Даша.
- Очень даже может быть, – ответил я, и мы снова рассмеялись, решив прекратить
затею с английским.
Ей было хорошо со мной, а мне с ней. В дружеском плане, разумеется. Я был благодарен
за этот вечер, ибо он был бесподобен. Ночной город вызывал ощущение сказочности
и феерии. Мы шли, взявшись за руки, словно два близких и неразлучных человека.
На ум сами собой приходили строки, написанные людьми, которые в этой жизни не
были поэтами, не были великими создателями длинных любовных поэм и од. Они были
просто людьми, чья вера, чей несокрушимый дух и светлая душа наполняли строки
глубочайшим смыслом, который был понятен лишь не многим.
И когда твоё сердце захлестнёт темнота,
И душа онемеет в беспросветной тоске,
Ты подумай: а может, где-то ждёт тебя та,
Что выходит навстречу со свечою в руке
Эта искра разгонит навалившийся мрак,
И продолжит тропинку в непогожей ночи,
Ты поверь: вдалеке вот-вот зажжётся маяк,
Словно крепкие руки, простирая лучи.
Ты не знаешь, когда он осенит горизонт,
И откуда прольётся избавительный свет.
Просто верь! Это вера – твой крепкий заслон
Даже думать не смей, что той, единственной нет.
Даша задумчиво смотрит на меня, ожидая реакции. Странно. Я не помню этих строк,
но я помню другие, не менее важные:
Твои глаза – как незабудки,
А волосы – как нежный лен.
Тебя увидев на минутку,
Любой ответит, что влюблен!
Ты, верно, часто замечаешь,
Как парни, глядя тебе вслед,
Вздыхают тихо и печально,
Прекрасно зная – шансов нет.
Ведь те слова, что каждый парень
Готов тебе произнести,
Потупив взор свой и смущаясь, -
Привыкла с детства слышать ты.
И знаешь – все признанья эти
Хотя и искренни, но в них
Нет чувства, что на белом свете
Дарует счастье для двоих.
Но верь – наступит день чудесный,
Очнется сердце, вскипит кровь,
И нежной соловьиной песней
Вдруг запоет в тебе Любовь!
Девушка улыбается и кивает головой.
- Хорошие стихи. Грустные немного, но красивые.
Мы многое обсудили в тот вечер, о многом поговорили, но темы, связанной с алой
розой не затрагивали. Я видел, как Даша пересиливала себя, чтобы сразу напрямик
не спросить об этом. И сначала это ей вполне удавалось. И только поздно вечером,
когда я провожал её домой, спросила. Вернее не спросила, а заметила:
- Так значит розу, наверное, кто-то забыл тогда, да?
Я улыбнулся и развёл руками:
- Извини, что не сказал тебе сразу. Эта роза была тебе…
- Ничего, - девушка вздохнула, - Переживём…
На это её «переживём» я не обратил особого внимания, но гораздо позже часто
вспоминал об этом, возвращаясь в тот прекрасный день и упиваясь тем, как он
закончился. А закончился он совсем невероятно. Даша пригласила меня на чашечку
чая, а когда я было запротестовал, молча взяла за руку и повела за собой. Открыла
дверные замки. Провела в спальную комнату, где на небольшом деревянном столике
стояла шикарная хрустальная ваза, в которой…
Я испытал лёгкий шок от увиденного. В ней находилась алая роза, та самая, или
же её точная копия. Ошибиться было невозможно! Не правы те, кто утверждает,
что все розы одинаковые, не правы и те, кто думает, что розы так долго не стоят.
Не прав был и я, думая, что это всё мне снится.
- Невозможно, - шепчу я.
- Но факт, - улыбается Даша, медленно обхватывает меня за шею руками и целует
долгим и необычно страстным поцелуем. Вихрь в душе, калейдоскоп перед глазами,
эйфория торжества в сердце.
Это был первый поцелуй после нашего разрыва. Между нами как будто образовалась
некая связь, неподвластная ни времени, ни пространству. Именно в этот момент
я осознал, как мне её не хватает, именно тогда я впервые почувствовал дикую
ревность.
- Спасибо тебе, - прошептала Даша и мягко отстранилась.
- Всегда пожалуйста, - привычно отозвался я с неким запозданием, – Мне пора.
- Да, - лёгкая дрожь была в её голосе, - До встречи…
Закрыв за собою дверь, я прислонился к ней спиной и ещё минут пять просто стоял,
вспоминая только что произошедшее.
Пустой дворик. Ни одной живой души. Пошёл снег. Пушистые снежинки мягко устилали
дорогу. Ветра не было. В воздухе витал аромат настоящей зимы. Холодный, немного
насыщенный, с примесью озона, он легко проникал в лёгкие и с медленным выдохом
уходил обратно, оставляя за собой лишь легкое головокружение. Я запахнул куртку
поплотнее и двинулся по направлению к детской площадке.
- Эй!
Оборачиваюсь. Из окна мне машут рукой на прощание. Я поднимаю руку в ответном
прощальном жесте. Даша улыбается. Господи, до чего же она прекрасна! В белом
пушистом свитере она выглядывает из окна, а снег падает на её длинные светлые
волосы, делая её похожей на принцессу. Впрочем, для меня она всегда останется
ею.
- Спокойной ночи! - нежным голосом желает она.
- Приятных снов! - киваю в ответ.
Странное дело. Я не понимал, что произошло между нами этим днём. Я не соображал,
какие перемены произошли с Дашей. И почему они произошли. Ледяная маска сошла
с её лица, нежелание общаться со мной в одно мгновение не оставило за собой
и следа. Как будто выглянуло солнце в серый дождливый день, и разом изменило
всё. И себя в первую очередь. Что будет дальше? Как отреагирует Андрей? Мозг
отказывался понимать происходящее. Отказывался думать о будущем. Нельзя было
назвать тот поцелуй случайностью, но и нельзя было надеяться на что-то после
него. Возможно, в этом кроется ответ? Возможно, завтра всё вернётся на свои
места. Меня будут игнорировать, как и прежде, не давая и малейшего шанса на
встречу. Возможно. Но возможно и другое. Более приятное для меня. То, о чём
я мечтал с тех пор, как наши отношения дали трещину - снова быть с ней.
Девушки - самые загадочные существа на планете. Никогда невозможно понять,
чего им хочется на самом деле. И в этом их сила.
Нет, я не буду делать поспешные выводы, не буду строить всякие предположения
и домыслы насчёт всего этого. Просто буду ждать именно того, что должно произойти.
И ничего больше.
Светят фонари. Приятное ощущение тишины и спокойствия витает в воздухе. На
душе легко и радостно. Хорошим оказался уходящий день. Быть может, и последующие
дни будут не хуже.
Кто знает?..
Последний раз оглядываюсь на светящееся окно третьего этажа. Любимой уже не
видно. Так и должно быть. Хорошего понемножку.
А дальше…
Медленно иду по выстланному белому ковру, вслушиваясь в лёгкое шуршание снега
под сапогами.
Кто знает?..
Киев
19.10.2002
^*^
|
|
